Серия 44 - ошейники от паразитов для собак и кошек

Представляем книгу Игоря Филиппова "Собачья душа"

15.11.2013

И. Филиппов «Cобачья душа»В книге 320 страниц текста и 16 цветных фотографий на вклейках.
Обложка – рисунок автора.
Издана книга в издательстве «Нестор-История», СПб, 2011 год. 
Тираж в 300 экземпляров почти весь разошёлся; в настоящее время осталось порядка 40 – 50 книг. Стоимость книги – 300 рублей.
По поводу покупки можно обратиться на мой эл. адрес: noralinda@yandex.ru, или по тел. +7 9219856997   

В книгу входят: 

- повесть о детстве, о становлении маленького человека большим любителем природы, охотником и собачником;
- статья в защиту охотников с легавыми собаками;
- большая статья – исследование заводчиков о наблюдении за жизнью щенков английского сеттера;
- серия коротких рассказов-зарисовок об охоте с английским сеттером;
- юмористические рассказы об охотниках и собаках.


Отрывки из книги:

Отрывок из рассказа «СОБАЧЬЯ ДУША»

Холодно… Очень холодно… Так холодно, как еще никогда не было… Не пошевелить ни ногой, ни рукой… Да и есть ли они у меня?… И кто я?… Что я?… Пронзительной иглой ввертывается в мозг то ли вой, то ли скулящий плач, непрерывный и надсадный… И еще непрестанный плеск, как будто огромные массы воды проваливаются совсем рядом куда-то вниз, в преисподнюю… Медленно, очень медленно приходит осознание себя, однако мучительные попытки вспомнить, где я нахожусь, ни к чему не приводят. Лежу на чем-то очень твердом и холодном. Лежу навзничь. На лицо падают холодные брызги… Постепенно становится очевидной необходимость открыть глаза. С трудом разлепляю веки. Вижу тусклое небо с низкими, быстро бегущими облаками. Дождя нет. Откуда же падают на лицо брызги? И откуда этот ужасный вой?! Поворачиваю голову и вижу серый массив мокрого камня с красивыми белесыми прожилками, вкраплениями пластинок слюды и разноцветьем маленьких лишайников. Поворачиваю голову в другую сторону, и… губы сами собой выговаривают слова из непечатного лексикона! Открывшаяся картина потрясающе дика и нереальна. Непоправимость свершившегося бьет мне прямо в лицо таким снопом отрицательной информации, что глаза сами собой снова зажмуриваются. В глубине души еще живет неверие в случившееся, но мозг уже начинает анализировать окружающую обстановку. Мгновенно вспоминается все…
_____

Отрывок из сборника юмористических рассказов «СОПКИ СМЕЮТСЯ»

…Прыгая по скользким камням, бегу к напарнику. Юра без сознания, его подбородок разворочен страшным ударом; в рваной ране видны окровавленные зубы и деревянные щепки. На какие-то секунды меня одолевает полная растерянность: в голове проносится вихрь мыслей, одна другой безысходнее: «Разорвалось ружье!!! Насколько серьезно ранение? Чем перевязать? Как вызвать помощь? Как донести Юру до города?»… И главная мысль: «Жив ли?»… Пока я лихорадочно метался вокруг раненого, Юра зашевелился и медленно сел. Жив!!! Вот ведь курьез: добивая подранка, сам стал таким же подранком… Затуманенным взором осматривая окрестности, «Тридцать три несчастья» первым делом спросил, добил ли он утку? Это же надо: весь в крови, с возможным сотрясением мозга, а дума только об утке! Произошло чудо: древний охотничий инстинкт, заглушаемый служебными обстоятельствами и Ларисой, все-таки выкарабкался наружу… 
_____

Отрывок из зарисовок «РЫЖИЕ ПЕРЬЯ ОСЕНИ»
(Короткие зарисовки об охоте с хорошо поставленным английским сеттером)

Начало

Вот уже много лет, с первых проталин и до белых мух, живем мы с женой Татьяной в лесах Северо-запада. И собаки наши живут с нами. И всякие белки, синицы, дрозды, лягушки и ежики с нами мирно соседствуют. Внучки милые гостят все лето, сын и невестка рядом строятся, дочь с очередным женихом навещает, антенна для мобильной связи поставлена, тарелка спутниковая работает… что еще нужно, чтобы (ну, а дальше вы знаете). И так нам всем эдакое житье по нраву, что вот нисколечко в город не тянет, ну ни самой малой капелюшечки… А река-то у нас какая красивая да рыбная! А леса-то грибные да ягодные пока еще не все повырублены! И луга не все позарастали. И поля не все еще позаброшены. Вот поэтому и дичь всякая у нас пока еще водится в изрядном количестве. Однако «Всякий родится, но не всякий в охотники годится!». Вот и дается Удача охотничья не всем и не каждому, а только тем, кто не хапает в три горла, кто Правду лесную чтит, а у добытого животного или дерева срубленного прощения просит… Так заведено испокон веку на берегах нашей Большой реки. А завели эту Правду лесную пращуры наши, и не след нам нарушать ее.

И конечно же, что бы мы ни делали весной и летом, думы нет-нет да и прыгнут вперед – в август. А потому, что в августе охота открывается. Ее мы с собаками ждем весь год. И весь год к ней готовимся. И даже самой-самой первоначальной весной, когда пронзительно синие небеса, и синие проталины на реке, и еще синие тени на снегах под елями, и синие ветры холодные,… даже уже тогда, в своем воображении, перенесешься в осень, и зашумит под ногами павшая листва, и взорвется рыжим взрывом волшебная птица – вальдшнеп!…

Прошедшей охотничьей осенью много чего сказочного произошло. Эти истории как перышки рыжие вальдшнепиные: перебираешь их и вспоминаешь одну за другой…
_____

Отрывок из статьи «АНАТОМИЯ СТРАСТИ»
(Попытка исповеди старого охотника-легашатника)

Прошедшей осенью обидел я Евдокию, соседку по даче. Дело было так. Пришли мы с англичанкой Норкой домой с охоты по вальдшнепам, слегка усталые, но довольные – трех лесных куликов в ягдташе принесли, рыжеватых, с мягкими длинными носами, к середине октября уже хорошо отъевшихся. 

Надо сказать, что после охоты или просто прогулки по лесу настроение у меня всегда делается распрекрасным: всем доволен, ничто растревожить не может. И что бы я ни делал, кого бы ни слушал, в голове все время возникают и прокручиваются сцены охоты: как Норка искала, как причуяла и стала, как мне надо было ее обойти, как подняла собака птицу, как пришлось стрелять навскидку в гущине ольшаника, как Норка нашла сбитого... Такое вот благостное состояние души. Уверен, что и сеттеришка наша об этом тоже думу имеет: как весело было бежать по мокрым лужайкам перелесков, как ошарашил внезапно заполнивший все ее существо запах птицы, как, слегка подрагивая хвостом, подходила, как замерла на стойке, как услышала команду, как броском подняла вальдшнепа, не особенно хотевшего взлетать, как услышала выстрел и увидела падавшую птицу, а потом засунула нос в так прекрасно пахнущие перья и тянула в себя вожделенный запах, как села рядом с птицей и совершенно счастливыми умными глазами смотрела на подходящего друга – хозяина... 

Сегодняшняя охота вообще была примечательной: сделал из-под Норки удачный дуплет! Это большая редкость на охоте по вальдшнепам, да еще когда вальдшнеп местный, а ожидаемой высыпки все нет и нет. И хоть взял я этих лесных куликов из-под своих собак не одну сотню, но дуплет-то был всего третий. Поэтому и внутренний настрой был особенным. 

Время к обеду; мы подошли так, как и договаривались с женой Татьяной. Стащил я с себя сапог и прыгал на одной ноге по крыльцу в поисках запропастившегося тапочка. Норка с важным видом (всегда после удачной охоты на себя напускает), мокрая, слегка грязноватая, сидела рядом с крыльцом, – ждала, когда я ее разотру полотенцем и накормлю. В поредевшей от частых охот шерсти штанов собаки запуталась сухая еловая ветка. На крыльце стояло разряженное ружье, лежал патронташ и вынутые из ягдташа вальдшнепы. Легкий ветерок пошевеливал пестрые перышки. Мы с Норкой предвкушали момент торжественного выхода Татьяны и ее желанного, пусть даже слегка деланного удивления от привычно добытой дичи.

Но недолго музыка души играла... Раздались голоса, и на крыльце появились Татьяна и соседка Евдокия, наших лет полная женщина с красивым лицом, почти всегда говорящая либо о внуке, либо об огороде. Татьяна улыбнулась нам и нашей удаче, а вот Евдокия... Произнесла тихо, но со значением: “Какие махонькие!... И как же можно таких ловить!... Какие же вы все охотники душегубы!... Со своими собаками всех птичек переловили!...” Мои слабые поначалу попытки объяснить, что мы птичек не ловим, а умело отыскиваем с собакой и стреляем из-под стойки, ничего в принципе не изменили; Евдокия талантливо (все-таки филолог) поменяла слово “ловить” на слово “стрелять” и продолжила дальше, по-прежнему тихо и спокойно: “Всех птичек перестреляли.... Голосов птиц не слышно... Леса опустели.... Все повырублено.... Везде в лесу мусор....” В общем, тихо сказала, да громко прозвучало. 

Слушал я, слушал, и такая меня вдруг злость взяла, что не сдержался; высказал все, что в тот момент в голову пришло. А пришло многое. Да и язычок у меня подвешен неплохо. Обошелся я без военно-морского лексикона, но был где-то близок к этому. Сказал и про мясо бедных, убиенных в ужасающей обстановке коров, свиней и баранов, которое она вместе с семьей постоянно употребляет в виде еды; и про многих женщин, с громадным удовольствием красующихся в снятых с бедных зверюшек мехах; и что в октябре голосов птиц в осеннем лесу и не должно быть слышно, а это надо бы знать даже филологу – огороднику; и что мусор в лесу разбрасывают в основном автотуристы да грибники – дачники, а настоящий охотник в лесу спички не бросит; и что с браконьерскими порубками лесов вокруг нашей деревни боремся только мы опять же с охотником Сан Санычем, а некоторые мужики только и способны, что водку трескать да в огороде изображать из себя сильно занятых трудяг; что воспитать хорошую легавую собаку – это такой труд, который совершенно необъятен для рядовых огородников, пусть даже и с верхним образованием; и что, наконец, есть понятие (не у всех, конечно) об охотничьей страсти, которой многие хорошие и знаменитые мужики подвержены были, кстати, и некоторые женщины тоже...

С тем и разошлись. Каждый думал о своей правоте. И верил в это.

Настроение было испорчено вконец и надолго. К тому же и Татьяна совершенно справедливо изругала меня за некрасивое поведение со слабой женщиной...

Ночью мне приснилось ужасное. Соседка Евдокия в белой ночной рубахе, держа в правой руке лопату, а в левой – коробку магазинных пельменей “Государь”, сделанных из мяса молодых бычков, гонялась за мной по окрестным лесам, громко крича: “Я тебе покажу страсть! Я тебя отучу птичек ловить! Будешь у меня только мясом коровьим питаться! “ Явственный такой сон. Однако в поту проснулся. Лежал и долго размышлял о всемогуществе охотничьей страсти, сидящей во мне с детства и не дающей покоя в старости, и о том, что надо бы мне аккуратно обьяснить все это соседке Евдокии. А то ведь ладно наша Евдокия, не разбирающаяся в таинствах охоты и леса, но ведь по разным кабинетам сидят, руководят и строго запрещают эшелоны чиновников – евдокий, совершенно неграмотных в общем комплексе проблем природоохраны, охоты, вообще природопользования. И вот поэтому, «анатомируя» свою охотничью страсть, мне надо отстаивать не только свои взгляды на охотничье действо, но и дошедшие через века взгляды моих предков и предков миллионов настоящих, страстных охотников. 

Утром встал пораньше и написал 

Ответ евдокиям
Всю жизнь благодарю Судьбу за то, что привелось мне родиться в охотничьей семье, где слова Природа, Охота, Собаки, Рыбалка произносились с большой буквы, со значением какого-то благоговения… 




Поделиться в соцсетях:

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru



При полном или частичном копировании материалов прямая и активная ссылка на www.zooprice.ru обязательна.
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru