Серия 44 - ошейники от паразитов для собак и кошек

Семен Альтов: собаки мои соавторы

04.09.2003

Трое вместе с собакой

Человеку всегда не хватало денег. И любви. Природа смастерила собаку. Ее организм вырабатывает любовь. Шерсть впитывает ваши неприятности. Согласитесь, ни одна жена не встретит вас так, как собака! Вынести мусорное ведро - три минугы. А пес встречал так, будто вернулся после амнистии! Арто, большой королевский пудель, прожил с нами тринадцать лет. Мы его обожали, хотя там были отклонения от идеала. Тяжелая для пуделя морда, рыжеватая шерсть, которую мы так и не научились правильно стричь. Нет, на фотографии не красавец! Но красота - это проблемы не любимого, а любящего.

Арто был гуляка‚ гусар. Немало хозяев в городе и на даче требовали у нас алименты. Загулы случались по два-три дня. Как в городе найти дорогу к дому через три дня? Тысячи запахов, звуков, людей, машин! И у прохожих дорогу не спросишь! По каким меткам находил дом?! Когда его уже оплакивали - Арто появлялся возле парадной, садился и ждал. Верх его радостно рвался к нам, при этом зад, полный вины, пятился. Пса разрывало напополам. А хвост вращался пропелпером - еще чуть-чуть, и поднялся бы в воздух. Все вместе это был символ нашкодившей совести.

Как ругать, когда без смеха смотреть невозможно! Судя по блудливой ухмылке, царапинам и вонище, ему было что вспомнить! В наши первые "жигули" запихивали Арто силой. Ему было плохо. Однажды, нарядившись, поехали в гости. Пес блеванул. Стыдясь, уводил морду в стороны. В результате уделал семью целиком. А потом к машине привык. Не дай бог при нем ляпнуть "дача!". Даже если спал, вскакивал с лаем и прыжками до потолка. Всю дорогу на дачу стоял на ногах. Ему открывали окно. Проверяя верно ли мы едем, два часа следил за дорогой, убирая морду в салон, чтобы стряхнуть на нас слюни, - и снова в окно.

Встречным ветром уши забрасывало назад, глаз косил под китайский, губы выворачивало, обнажапись клыки. Жутковатая африканская маска! Встречные машины шарахались в стороны. И было от чего! Зимой на даче пошли гулять перед сном на речку. Арто нарезап на льду кренделя. Вдруг хруст, вой - и он в полынье! Ни души. Жена бегает по берегу и абсолютно верно орет: "Шест! Нужен шест!" Ложусь на лед, ползу к полынье. За уши вытягиваю Арто из воды. Он отряхивается (кстати‚ когда собаки отряхи ваются веретеном после дождя, поражаюсц как мозги такую тряску выдерживают!) Собака не молодая. Минус двадцать. Простудится! Втроем мчимся домой. Это километра два.

Мокрая шерсть на морозе заледенела в мелкие бусинки. На бегу Артошка звенел, переливался, как елочная шерстяная игрушка. Дома растерли, запеленали в одеяло, пытались влить водку. А пес-то непьющий! Сжал зубы, как партизан, рычал, вырывался, кусал. Жена развела челюсти, я влил ложку водки, следом кусок копбгсы. Арто, уповив связь между водкой и колбасой, зажмурился и открыл пасть сам. Сто грамм под колбаску прошли на ура. Остальное допили мы.

Не простудился никто. Собачья любовь выразительней человечьей. И смерть тоже. Потеряв многих близких, грех говорить, но умоляющие собачьи глаза выворачивали душу. Помню, как на руках снес больного Арто вниз. С третьей попытки он утвердипся на слабых ногах. По-человечьи подробно обвел взглядом улицу, стены, кусты, прощаясь или запоминая. Через два часа начались конвульсии. Артошка наш умер...

Без собаки в доме стало пусто. Через полгода появился крохотный Брюс. Тоже королевский. Большой. Естественно. пудель. Если вам нужен не столько охранник, сколько друг, товарищ и брат - это пудепь. Плюс не линяет! В супе ни шерстинки! Аллергия исключена. Из начесанной шерсти вяжуг носки, рукавицы, радикупитные пояса. Приоденетесь!

Год мы к нему привыкали, сравнивали с Арто, и он чувствовал, что пока не родной. Через пол года все встало на место. "Брюс - красавец", - это говорим не мы, а каждый прохожий. Бомжи крестятся: "Фу ты, красавец"! У Брюса финские корни. Королевская стать. Постриженный, гарцует как маленький пони. Интеллигент. Арто сжирал миску в секунду и ждал добавки. Брюс, как в ресторане, сложив папы, ждет, когда блюдо будет готово. Получив приглашение на обед, встает. Подходит к миске. Нюхает. Отходит. Подходит. Берет пробу. Жует. "Да, пожалуй, вино того года!". Ест медленно, пережевывая каждый кусок. И непременно оставит чуть-чуть на дне миски, как истинный интеллигент. Кажется, он Кембридж окончил, а мы нет.

Обожает ходить на задних лапах. Обхватит передними руку пониже локтя и, как медвежонок, виляя низкой попой, может часами ходить по квартире. У него на это время есть. Однажды они с женой возвращалась после прогулки. Брюс встал на задние лапы, супругу взял под руку. Эдакий кавалер. Он ей достает до плеча, голова лохматая, черная. Сумерки. Проезжала милицейская машина Дали по тормозам. Подбегают. "Извините, мы думали, к Вам пристает лицо кавказской национальности!"

Собаки мои соавторы. Написан целый собачий цикл. Одна из книг — называлась "Собачьи радости". Мы живем дольше, потому что собаки наши живут меньше.

С. Альтов. Фрагмент новой книги из серии «Антология сатиры и юмора России ХХ века "


Поделиться в соцсетях:

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru



При полном или частичном копировании материалов прямая и активная ссылка на www.zooprice.ru обязательна.
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru