Серия 44 - ошейники от паразитов для собак и кошек

Военный ветеринарный врач Иван Владимирович Соловьев

07.01.2007

При слове "армия" у каждого возникают свои ассоциации: для кого-то это стройные ряды марширующих на экране войск, для кого-то танки и самолеты, для кого-то пугающее слово "призыв". Но вряд ли кто-то подумает о животных, которые, оказывается, тоже могут быть личным составом, и о людях, на чьи плечи ложится забота о четвероногих военных.

Впервые я услышала об этом человеке случайно. Лечил собаку. Попросили посмотреть лошадь, которая уже несколько недель не вставала - прогнозы ветврачей были неутешительными. Приехал раз, второй, назначил курс интенсивной терапии - лошадь поднялась. "Внимательный, вдумчивый, - говорили о нем и добавляли: - Военный".

Врач Соловьев Иван Владимирович

Военный... Это и заинтриговало. Раздобыть телефон не составило труда. Звоню, представляюсь, прошу разрешения приехать в клинику, чтобы взять интервью. Слышу вежливый вопрос: "А почему такое внимание к моей персоне?" Отвечаю тоже вопросом: "А разве много в Питере военных ветврачей, пусть даже и бывших?" После секундной паузы: "Наверное, нет", и получаю согласие на встречу.

Мы встречаемся в клинике на ул. Зайцева. Иван Владимирович проводит меня в лабораторию ("Здесь не будут мешать"), наливает чай - и чашка остается дымиться на столе, потому что я тут же забываю о чае.

...Тверская область. Село с необыкновенным названием Рождество. Именно там прошло детство И.В. Соловьева. Обычная деревенская жизнь - работа на земле, хозяйство: куры, овцы, коровы. Пахали на лошадях. "В деревне решение о выборе профессии приходит быстро - кругом животные, ветпомощи часто не хватает - поэтому и желание стать ветврачом пришло как будто само собой", - отвечает на мой вопрос о выборе профессии Иван Владимирович. Учеба в Ленинградском ветеринарном институте давалась легко.

И будущее, казалось бы, было предопределено: диплом, возвращение в родное село, привычная жизнь, ежедневная работа. Но действительность, как принято говорить, внесла свои коррективы: Управление погранвойск сделало запрос в институт - и сорок выпускников были направлены на собеседование. Пятнадцать из них оказались в списке тех, кто должен был пройти жесткий отбор. "Проверяли все, вплоть до того, где захоронены родственники", - говорит Иван Владимирович. В результате из пятнадцати в списке остались лишь двое, один из них - Соловьев Иван Владимирович.

Учебка в Сосновом Бору. Курс молодого бойца. "Стреляли стоя, лежа, на бегу, ночью, днем, - вспоминает Иван Владимирович и добавляет: - Нам говорили: "Пограничник должен стрелять, как ковбой, и бегать, как его лошадь".

Ветеринарная служба началась в Сортавальском погранотряде. Оказание ветпомощи всем животным - от собак до КРС и лошадей, разъезды по заставам, экспертиза продовольствия. "Все, что идет в котел, проверяет ВЕТслужба, что выходит из него - МЕДслужба", - поясняет Иван Владимирович.

операционная в ветклинике

А спустя несколько месяцев поступило распоряжение о переводе Соловьева И.В. в межокружную школу служебного собаководства. Майор, начальник ветслужбы, устроил новичку настоящий экзамен: температура лошади, собаки? хирургический инструмент? ковочный инструмент?

Не поленился достать трофейные инструменты, оставшиеся после Великой Отечественной войны, особые надежды возлагал на экразер (инструмент, предназначенный для внутриутробного расчленения погибшего плода), но новичок назвал и его. "Годен", - наверное, решил для себя майор.

Школа сержантского состава готовила инструкторов служебного собаководства. Обучение проходили и собаки, и люди. Прежде чем попасть сюда - строгий отбор и для людей, и для животных: курсантов отбирают из пограничников с помощью психологических тестов и анкетирования (хватит ли терпения в работе с животными), собак - в питомниках, причем именно погранвойска имеют право первого выбора, за ними - служба МВД, потом - все остальные.

Обучение и курсанты, и собаки проходили в течение девяти месяцев, затем и те, и другие сдавали экзамен. Следовая работа (по сложному следу, по старому следу), ОКД, преодоление полосы препятствий, задержание нарушителя - неполный перечень экзаменационных собачьих дисциплин. Собаки не должны бояться выстрелов, иметь хорошую физическую форму. Ну а курсант, становившийся после окончания школы инструктором розыскной собаки, на заставе был вторым человеком после начальника. Служебные собаки зачислялись на довольствие и являлись таким же личным составом, как и люди.

Вот в такой школе предстояло нести службу сержанту Соловьеву:

Рабочий день начинается в 5-30 утра с проверки качества приготовления пищи для собак.

В 6-00 - кормление. После него поступали первые больные на осмотр и лечение. Прием до 8-00.

В 9-30 - занятия с курсантами по оказанию ветеринарной помощи, затем до 16-00 плановые операции, капельницы.

В 17-00 - кормление собак и вечерний прием до последнего больного.

овчарка на полосе препятствий

   Поголовье в школе огромное, более трехсот собак ежегодно, и, тем не менее, всех приходилось знать "в лицо". Заболевания ЖКТ, кожные болезни, травмы и раны - наиболее частые причины обращения к доктору. На мой вопрос о собачьем рационе Иван Владимирович отвечает: "Кормили хорошо.

Я знаю, что даже в тяжелые послевоенные годы для кормления собак запрещалось использовать перловую и ячневую крупу, больным полагалось получать рис и молоко. Суточная норма продуктов включала 400 г мяса, 600 г крупы, 300 г овощей, 13 г жира, 15 г соли".

Абсолютное большинство собак на границе составляли восточноевропейские овчарки, исключением были лишь собаки, работавшие по взрывчатым и наркотическим веществам, это были спаниели.

- ВЕО - линия породы немецкая овчарка, которая культивировалась на территории СССР, - говорит Иван Владимирович, - идеальная собака для службы - мощная, выносливая, хорошо обучаемая, отлично работающая по следу. Жаль, что сейчас эта порода стала малочисленной. Был у нас пес Тиберий-Беккер - черный, 70 кг весом, так он за капюшон дресспальто "нарушителя" к хозяину подтаскивал.

- Наверное, жизнь служебных животных очень отличается от жизни домашних любимцев.

- Конечно, - подтверждает Иван Владимирович, - служебные животные находятся в более жестких условиях содержания и эксплуатации. Спаниели в 6-7 лет выглядят старичками.

- И что же с ними дальше? - осторожно спрашиваю я.

- В 9 лет собак обычно выбраковывают по старости. Особо ценных оставляют на заставах. Такая собака - хороший учитель для молодого бойца. Собаке Дойре был поставлен памятник. Она прожила 16 лет и, даже ослепнув, продолжала прекрасно работать по следу. Многих списанных по старости собак забирают с собой домой демобилизовавшиеся пограничники.

- А если пограничник демобилизуется, а собака остается служить?

- Существовал целый ритуал прощания инструктора с собаками. Молодому инструктору передавали и животное, и участок границы. Много было хорошего - традиции, преемственность - что сейчас, к сожалению, утрачено.

- А лошади служат на границе?

- В послевоенное время на лошадях делали все. На южных границах и Дальнем Востоке они используются до сих пор. На севере - меньше. Карелия - регион, не совсем подходящий для использования лошадей на границе. Кавалерийское подразделение было лишь на одной заставе - пограничные наряды заступали на службу верхом.

памятник Дойре

На других заставах лошади использовались только для хозработ. При работе с лошадьми главная проблема - ковка. Когда-то в Туркмении, в Марах, существовала единственная в СССР школа, готовившая ковочных инструкторов, проще говоря, кузнецов-ковалей, для армии. Выпускник школы умел вручную изготовить подковы и подковать на них лошадь.

Потом школы не стало - и ковать стало некому. Вообще, лошади - особый мир. "Пришла мода на лошадей", - наверное, все видели эти плакаты. Мода пришла, а порядка нет. Иногда бываю на конюшнях. Удивляет, что нет элементарного: вентиляции, дезбарьера на входе-выходе на два корпуса лошади, места для ковки нет - лошади куются в проходе, а это ведь нарушение техники безопасности.

- Иван Владимирович, сколько лет отдано армии?

- Шестнадцать календарных лет. От рядового до майора ветеринарной службы. Когда уволился в запас, однокурсница Валиева Светлана Владимировна предложила мне работу в ветклинике.

- В чем, на Ваш взгляд, отличие работы военного ветврача от работы его гражданского коллеги?

- В какой-то степени военному ветврачу работать даже проще: курсант с заболевшей собакой четко докладывает о том, что случилось с животным, к тому же военный ветврач точно знает, что все его рекомендации будут выполнены неукоснительно. А вот выполнит ли рекомендации ветврача владелец животного, пришедший в городскую клинику, неизвестно.

- Что самое сложное в вашей профессии?

- Боль, которую приходилось пропустить через себя.

..."Чудесный человек, доктор с исцеляющими руками", - так отзываются об Иване Владимировиче его коллеги и хозяева его пациентов. Отзывчивый, доброжелательный, по-военному сдержанный, Иван Владимирович исцеляет не только кошек и собак, хомячков и лошадей, он вызывает неизменное доверие у их хозяев. И в любой, даже самой сложной ситуации, он говорит: "Давайте дадим животному шанс...".

Ирина Рашевская,
фото из личного архива И. В. Соловьева


Поделиться в соцсетях:

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru



При полном или частичном копировании материалов прямая и активная ссылка на www.zooprice.ru обязательна.
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru