Обвал цен в зоомагазинах ВАКА

Экранизация рассказа Куприна "Куст сирени"

"Куст сирени", или что такое не везёт

Август 1980 года, конюшня зоопарка. Снимаем экранизацию рассказа Куприна "Куст сирени", повествующего о том, как поручик Алмазов поступал в Академию Генерального штаба. Кляксу, посаженную на тщательно вычерченном им топографическом плане, чтобы не переделывать работу, дорисовал в куст и, будучи уличённым в этом экзаменатором, посадил в поле, на этом месте, куст сирени.

Фильм - коротенькая дипломная работа на несколько съёмочных дней, бюджет - соответствующий.

Наша задача обычна - "подъезды, проезды, отъезды". Основной эпизод с конным участием - доставка сиреневого куста от садовника в поле и его посадка. В кадре - извозчичья пролётка для поручика и его жены и телега для куста. В упряжи - Валторна и Пума, немолодые спортивные лошади, на вожжах - Яков Израилевич и я.

Снимать мы начали на тогдашней окраине города, в Коломягах, на улице Главной, у старинного, но весьма запущенного особняка, продолжили, спустя несколько дней, в Шуваловском парке. И вдруг в Шувалово, как всегда случайно, я узнаю, что следующий съёмочный день назначен на завтра, на холмах за Юкками. И в Коломяги, и в Шувалово мы, за неимением автотранспорта, приезжали из зоопарка своим ходом, было это хотя и очень далеко, но реально, а вот перегон зоопарк - Юкки и обратно, да ещё на следующий день после Шуваловского, явно выходил за пределы возможностей наших лошадей. Сообщаю новость дяде Яше, он принимает решение: "Бери машину и администратора, езжайте в Юкки, договаривайтесь в совхозе на постой". Машину нам дали "скромненькую" - операторскую "Чайку", но выбирать не приходилось. Едем в Юкки, договариваемся с дирекцией совхоза о постое в их пустующей конюшне, потом - в зоопарк. Если на сельских дорогах "Чайка" чувствовала себя неуверенно, то корма из зоопарка мы на ней привезли очень быстро.

Так вечером вместо Петроградской стороны мы оказались в Юкках, в совхозной конюшне, знакомой нам ещё по лету 1973-го года, когда в ней, на съёмках сказки "Царевич Проша" (режиссер Надежда Кошеверова) полтора месяца стояли одиннадцать "разбойничьих" коней (зоопарка, Ленманежа и серый Рекорд военного факультета).

По дороге у телеги, не рассчитанной на такие расстояния, пыталось отвалиться колесо, но выручили совхозные мастерские.

Вокруг лошадей сразу же образовался "клуб по интересам", состоявший из детей отдыхающих. Эти дети, скучающие на дачах, сначала помогли привести в порядок заброшенную конюшню, потом ежедневно ездили с нами на съёмку: лошадку подержать, попасти (покататься верхом они не претендовали). Руководила этой командой девочка Катя, примерно 13 лет от роду. Дисциплину она поддерживала безукоризненную, чему, так же как и трудолюбию своих чад, немало удивлялись их родители.

Ехали мы в Юкки на 2-3 дня, а простояли почти две недели. Каждый день приезжали на конюшню, к вечеру запрягали лошадей и через весь посёлок ехали на холмы, ждать "режим", то есть необходимое оператору освещение. Дело в том, что действие эпизода в фильме происходит в один и тот же день, практически непрерывно, а погода резко менялась с пасмурной, при которой мы начинали снимать, на солнечную. Нужное освещение было только очень короткий промежуток времени перед закатом, а если в это время набегала тучка, то его не было вообще. Место для посадки куста было выбрано на крутом склоне холма, вдали от приличных дорог. Во время этой езды вверх-вниз по холмам случилось ещё одно происшествие с колесом, на этот раз пролётки. Оно попросту рассыпалось, хорошо, что уже после съёмки, по дороге домой. Кое-как поставив вместо него запасное колесо от телеги и поправляя его каждые сто метров, докатились до конюшни, а утром с киностудии привезли новое.

Но всё когда-нибудь кончается, сняли и этот эпизод. Оставался ещё один, последний - приезд к кусту пожилого офицера, преподавателя академии, для которого нам нужен был ещё фаэтон (большой открытый экипаж с откидным тентом), запряжённый парой.

Доставка в Юкки пары и фаэтона происходила следующим образом. Утром мы поехали на киностудию, сняли с фаэтона колёса, смазали оси и поворотный круг, надели колёса. Вернулись в зоопарк, взяли рыжую пару - Бюджета и Белграда, опять поехали на студию. Пригнали фаэтон в зоопарк, распрягли, поставили лошадей обедать. Пока они ели, загрузили в фаэтон корма и прочее. (Ну, вы помните: "открыла кошёлку, достала сумочку, закрыла кошёлку...") Запрягли, и, наконец, поехали. Путь наш пролегал через Петроградскую сторону, мосты, Каменный остров, Чёрную речку, налево на проспект Энгельса. Далее опять прямо, прямо, и на пригородном КПП ГАИ мы повернули направо на Приозерск, через Осиновую рощу, а там уже недалеко. Дорога местами была весьма живописна, доехали ещё засветло. Ехали полдня, а обратно в город, на рейсовом автобусе, добрались минут за тридцать.

Этот эпизод сняли за полдня, т.к. здесь мы от солнца не зависели. Наконец-то можно возвращаться домой, тоже, естественно, своим ходом.

Съёмки закончились, но невезенье продолжалось - утром за окном ливень, просто стена воды. Откладывать перегон невозможно, т. к. на следующий день и пролётка и телега должны сниматься в городе, уже на другой кинокартине. Грузим в телегу накопившееся за две недели барахло, заколачиваем её сверху брезентом, на пролётке поднимаем тент - и вперёд. На одном из рыжих едет верхом Лариса, зоопарковская юннатка, второй идёт рядом в поводу. Сухой нитки на нас и шерстинки на лошадях не было уже к середине дороги.

За фаэтоном через несколько дней съездили на грузовике.

Невезучие картины у нас бывали, но чтобы настолько... Да и финансирование кинокартины на такое невезенье рассчитано явно не было.

Готовый фильм мы посмотрели осенью в Доме кино, на вечере из цикла "Творчество молодых". Заодно и дяди Яшино семидесятичетырёхлетие там отметили.

Позже эту кинокартину никто из нас не видел ни в прокате, ни по телевизору.

А посаженный сиреневый куст прижился.

Перечитал написанное и представил, как всё это происходило бы сейчас, 27 лет спустя. Маленький двухместный коневоз и прицеп-платформа под экипажи разом решили бы все вопросы с перегонами, размещением, колёсами и др.

"Очень быстро, Джакоб!"

Сестра моя похвасталась, что купила кассету с "Формулой любви", давно, дескать, искала. "А, - отвечаю, - фильм со мной". - "Как это?"

А дело было так. Осень 1984 года. Сижу в Сосновой поляне (филиале киностудии), никого не трогаю, телегу из останков двух, с военной кинокартины вернувшихся, пытаюсь собрать. Пиротехники потрудились на славу, деталей явно не хватает.

Приезжают мосфильмовцы и просят ландо на один день, доснять эпизод, а на вопрос, что случилось с ландо, на котором снимали раньше, отвечают кратко: "Сломалось". И если лошадей, похожих на тех, что у них в том ландо были, найду, совсем здорово будет.

Ландо похожее мы им подобрали, а за лошадьми отправил я их в пушкинский учхоз, к Марине Борисовне Плихте.

И вот на другой день к вечеру привозим мы это ландо в Петропавловскую крепость, а там нас уже ждёт Марина Борисовна с Дуней (Находкой) и Куклой. Пара, конечно, разномастная, но, говорят, у них так в Москве и было.

Киношники обустраиваются в улочке левее Монетного двора, ставят вышку с камерой, приборы осветительные. Объясняют задачу: едем из глубины проезда, мимо камеры на площадь.

Переодевают меня в кучера. Костюмчик странный какой-то, совсем на кучерской не похож, и парик ещё одели, длинный, лохматый, ничего из-под него не видно. Попросил спереди заколками подобрать.

Репетируем. Проехал, коням задачу показал. Один дубль сняли. Нет, говорят, быстрее надо. Карета удирает от погони, скорость - максимальная, и руками машите. Быстрее - так быстрее.

"Камера, мотор". Скачем, машу, вожжи, естественно, бросил. А что, площадь впереди пустая, успею и вожжи собрать, и остановиться-развернуться. Не учёл, что перед выездом на площадь прибор осветительный стоит, прямо в глаза светит. И вот, проскакиваем мы этот прибор и вижу я, что пока мы снимать собирались, "Волга" директорская подъехала, и точно поперёк проезда встала, метрах в десяти за прибором. Скачем мы, стало быть, дышлом ей точно в борт. Как успели вывернуть, до сих пор не понимаю, но глаза водителя помню. Большие такие, примерно в пол-лица. Вывернул, едем по площади, но как-то странно, вроде карету вбок уводит. Смотрю на дышло и вижу, что согнули мы его, железную трубу согнули. Повернули уж очень резко.

Дышло выправили, сняли ещё один проезд по площади и потихоньку поехали на киностудию, на ночёвку.

Кони-то из Пушкина своим ходом, в шарабанчике, на съёмку пришли, какие в те годы коневозы.

Как я их на "Ленфильме" поил, помню до сих пор. Ведро в раковину не влезает, воды набирается только сантиметров десять. А лошадей две, раковина от них далеко и пить они хотят изрядно.

Потом, уже в телевизоре, увидел, что это я, оказывается, Абдулова дублировал. И как у них ландо "сломалось", тоже увидел.

А дубль, конечно, в картину вошёл первый, медленный.

Михаил Воробьев, фото автора

1350

Поделиться в соцсетях:

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru





Разместить объявление

При полном или частичном копировании материалов прямая и активная ссылка на www.zooprice.ru обязательна.

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика