Обвал цен в зоомагазинах ВАКА

Истории Ленинградского зоопарка - ары-электрики

Про попугаев ара написано много забавных историй. Эти попугаи в какой-то мере становятся домашними животными и они, общаясь с нами, как кошки и собаки, радуют нас и удивляют своим поведением. В Ленинградском зоопарке с попугаями ара произошло несколько забавных случаев, о которых я сегодня расскажу.

В зоопарке пришла пора разбирать здание бегемотника, чтобы на его месте построить птичник. В этом уютном здании располагался небольшой террариум. Зимой размещались теплолюбивые птицы и постоянно жили два бегемота. У бегемотов был бассейн внутри здания и летний, на выгуле.

В бегемотнике зимой, как в Ноевом ковчеге, жили попугаи, эму, журавли, цапли, теплолюбивые утки и гуси и так далее. Размещались животные в два этажа. Здание было старым, и чтобы не обрушился потолок, были сделаны подпорки из металлических балок, напоминающих колонный зал. Крыс было неисчислимое множество. По этому поводу была сочинена частушка:

Бегемотник еле дышит,
Подпирает крышу кол,
Слава богу, что есть крысы.
Они держат снизу пол.

И вот это уникальное здание должны были снести и на его месте построить птичник. Куда девать жителей «Ноева ковчега»? Я не буду описывать весь процесс расселения многочисленных представителей животного царства, хотя это очень интересно, в данном случае я расскажу только про попугаев ара.

Попугаев перевели в кирпичное здание белых медведей, в подсобное помещение, откуда кормили медведей, готовили для них всевозможные мешанки и наблюдали за берлогами. Вольеры строились на скорую руку, разгораживали помещение от пола до потолка металлическими угольниками, к которым приваривалась сетка. В построенных таким образам вольерах оказалась вся электропроводка здания. Провода проходили в железных трубах, а в местах развода в стене были сделаны коробки. В этих коробках располагались соединения электрических проводов. Коробки и крышки были сделаны из жести толщиной в 2 мм.

Когда в вольер посадили птиц, они тут же заинтересовались коробочками. Электромонтёры утверждали, что крышки попугаям не открыть, они сами едва открывают их, используя мощную отвёртку. Мы поверили им и успокоились.

Дней через 5, утром мы попытались включить свет в помещении, но нам это не удалось. Я подошёл к вольеру, зажёг спичку и увидел торчащие из распределительной коробок провода. Крышки от них валялись на полу. Я испугался за здоровье попугаев, бегом побежал к распределительному электрощиту, вырубил основной рубильник и пошёл за электриком.

В помещении было темно, я освещал фонариком место «аварии». Электрик выразил своё удивление: «Как же попугаи могли вытащить и порвать все провода и при этом остаться невредимыми?»

Электроснабжение было восстановлено. Электрик привязал коробку 3-миллиметровой проволокой и закрутил плоскозубцами. «Ну, теперь всё надёжно. Мне самому теперь будет не открыть крышки», – заключил мастер.

Включили в помещении свет. Ары радостно закричали. День начался.

попугаи араАры по-прежнему не отставали от коробок. Они цеплялись когтями за все шероховатости стены, повисали вниз головой, а клювами пытались открыть крышки или открутить крепление коробки. Создавалось впечатление, что им нравится профессия электрика, и они хотят поковыряться в проводах.

Прошло время, и мы забыли о случившемся. Однако ары не прекращали свою деятельность. Они ежедневно миллиметр за миллиметром отгибали проволоку, которая крепила крышки распределительных коробок. Как узник делает подкоп, вынося грунт по граммам наружу, так и ары стремились открыть крышки, будто это была единственная возможность приобрести свободу.

Наконец коробки были открыты. Провода оказались доступны для растерзания, и ары взялись за дело. Когда я пришёл утром, одна птица висела в неудобной позе, уцепившись за металлическую крышку, и пыталась вытащить наружу скрученные изолентой провода. Я замахал руками, закричал, пытаясь отпугнуть хулигана, а он, чтобы успеть закончить начатое дело, натянул провод на себя. Произошла яркая вспышка. Всё погрузилось во мрак. Ары закричали. Я услышал, как, шурша крыльями, падал вниз попугай. Я выключил общий рубильник, взял спички и пошёл подобрать раненого или убитого электричеством попугая.

Чиркнул спичку, осветил пол, никого нет. Зажёг вторую спичку, приподнял её вверх. У самого потолка, зацепившись лапами и клювом за сетку, висели два зелёнокрылых ары. Они смотрели на меня весёлыми глазами и что-то говорили. Они не орали истошно, как бывало часто, они спокойно мурлыкали, сообщая мне, что всё в порядке, они своё дело сделали.

Снова электрик восстанавливал линию и удивлялся, что попугаи до сих пор живы. Теперь ему нужно было удлинять провода, так как от короткого замыкания они обгорели и укоротились.

После этих случаев в стене были сделаны отверстия, в которые зацементировали металлические стержни, и на них закрепили вторую, более мощную, защитную решётку. Эта новая коробка была постоянно в поле зрения попугаев. Им очень хотелось сделать новый фейерверк.

 

Случай с эму

До 1970 года страусы эму в Ленинградском зоопарке не размножались. Не потому, что не умели наши предшественники их содержать, кормить и размножать. Всё умели наши прадеды, деды и отцы. Причины были не в знаниях. Долгие годы сотрудники зоопарка не могли приобрести разнополых особей, а когда приобрели, не нашлось подходящего помещения для нормального содержания этих птиц зимой. Зоологам известно, что эму в наших краях приступают к размножению зимой, когда на родине этих птиц приходит весна. Как ни «уговаривай» их изменить свои привычки, ничего не получится. Время года они отсчитывают по часам своих предков, заложенных когда-то в их головы. И даже те эму, которые появятся на свет у нас на севере, времена года будут отсчитывать по своим внутренним часам.

Страусы ЭмуВ 1971 году паре эму наконец выделили личное помещение площадью в 6 квадратных метров. Получивших отдельную квартиру птиц будто подменили. Самец стал ухаживать за самкой, и вскоре появилось первое яйцо. Самка снесла его ночью. Я обнаружил его утром. Яйцо травянисто-зелёного цвета лежало в углу помещения. Самец охранял своего первенца, и мы хитростью и обманом отобрали его от самца. Яйцо измерили и взвесили. Его масса составляла 600 г, что равно массе 20 куриных яиц. Яйцо положили на хранение в помещение с температурой воздуха 8-12°С. При такой температуре зародыш в яйце не развивается и в то же время долго не погибает.

В клетке эму срочно сделали искусственное гнездо из стружек и сена и положили в него гипсовое яйцо, выкрашенное в зелёный цвет. Нужно отметить, что яйцо эму имеет покровительственную окраску травянисто-зелёного цвета. Далёкие предки эму предусмотрели всё, чтобы защитить своё потомство от многочисленных врагов. Представьте себе, что среди зелёной весенней травы на их родине в Австралии лежит белое или жёлтое, или красное яйцо. Его непременно нашли бы какие-нибудь любители полакомиться яичком. Зелёное яйцо среди травы почти незаметно.

Страус, высиживающий яйцаДень проходит, нет второго яйца, второй день проходит, нет яйца! Что такое? На четвёртый день появилось второе яйцо. «Наконец-то», – вздохнули мы. Дальше самка откладывала яйца через три дня на четвёртый, как по расписанию. Когда самка снесла пятое яйцо, мы изъяли из гнезда гипсовое яйцо и положили пять настоящих яиц. Мы не рискнули ждать шестого или седьмого яйца, так как боялись, что самец не дождётся яиц и у него пропадёт инстинкт насиживания. Самец, как нам казалось, «удивлённо» смотрел на гнездо в ожидании пополнения яиц, а их всё не было. Он иногда присаживался на гипсовое яйцо, обогревал его час-другой, сходил с гнезда, а ночью садился снова.

Когда в гнезде появились 5 яиц, самец сразу же сел их обогревать. Он оказался прекрасной наседкой. В первый месяц насиживания он иногда вставал, чтобы поесть, а в конце насиживания он сходил с гнезда один раз за три-четыре дня. Через 57 суток с правого и левого бока сидящего самца появились головки страусят. Они изучали мир, не вылезая из-под пушистых перьев отца. На 58 сутки самец поднялся. Возле его ног суетились три птенца. Одно яйцо оказалось неоплодотворённым, а ещё в одном зародыш погиб на начальных стадиях развития.

Самка не воспринимала птенцов как своих детей. Она то и дело пыталась их клюнуть. Хватала за голову и швыряла в сторону. Мамашу пришлось срочно отсадить. Самец также вёл себя неадекватно. Защищая птенцов от людей, самец бегал по клетке, не обращая внимания на своих детей, и кончилось это тем, что он случайно наступил на спящего эмушонка и раздавил его. Оставшихся двух птенцов тут же отняли от родителей.

Птенцы прекрасно росли. Их полюбили все сотрудники сектора птиц. Каждый в свободное время пытался покормить эмушат из рук. Птенцы росли здоровыми и были ручными.

Наступили холода, и опять возникла проблема, куда девать птиц. Отгородили закуточек для временного содержания. Птенцов должны были продать.

Когда убирались в клетке с эмушатами, им разрешали выходить в посетительский зал, и до открытия зоопарка они могли прогуливаться. Убрав эмушиный загончик и поставив кормушки, их снова загоняли в клетку. Однажды, рано утром, когда птенцы гуляли по залу, рабочие из кормокухни привезли продукты на тележке, которая ужасно скрипела. Птенцы испугались скрежета, побежали в противоположный конец зала, и один из птенцов, чтобы спрятаться, бросился в угол, где ремонтировалась клетка. Он пытался протиснуться в небольшую щель между досок и разрезал кожу на спине о большущий гвоздь, торчащий сверху.

Когда я подошёл к эмушонку, чтобы успокоить его и загнать на место, я испугался. Вдоль спины была рана примерно 15 см в длину и 10 см в ширину. Гвоздь разрезал кожу вдоль спины, и она разошлась по сторонам. Были видны мышцы, но кровь почти не текла.

Эмушонка загнали в клетку и срочно пригласили ветврача.

Быстро пришёл зоопарковский ветврач Владимир. Он посмотрел на рану и сказал, что ничего страшного нет, сейчас он будет зашивать рану, а я подержу птицу. Укладывать птицу на пол мы не стали. Эму стояла на ногах, я держал её за бока, шея и голова птицы были за моей спиной, а я оказался лицом перед раной. Владимир обработал место повреждения неизвестным мне лекарством, достал кривую иглу с длинной ниткой и начал зашивать рваную рану. Он с большим усилием подтягивал на спине птицы кожу, которая разошлась в стороны.

Удавалось это с трудом. «Смирнов, тяни с боков кожу, а я буду фиксировать её нитками. Ты видишь, что кожа рвётся от напряжения», – говорил он. Самым интересным было спокойствие эмушонка, пока длилась операция. Птенец не вырывался из моих объятий, он молча переносил наши действия. Я перенёс руки выше к ране и стал подтягивать кожу вверх, чтобы Володя укреплял её концы с помощью ниток. Всё шло прекрасно. Мы зашили уже более двух третей части раны. Вдруг я услышал у себя за спиной стон нашего пациента, а перед моими глазами шёл процесс зашивания раны.

эму в зоопаркеВладимир с помощью нитки натянул кожу, чтобы она соединилась с противоположной частью. Потекла кровь, у меня потемнело в глазах, и я потерял сознание. Когда я пришёл в полное сознание, Володя убирал медицинские инструменты. Я сидел, прислонившись к стене. Напротив меня стоял страусёнок. Он потрогал меня за нос клювом и отошёл. Я приподнялся. Владимир сказал, что это было его последнее решение привлекать меня для лечения животных. Но он был неправ. В зоопарке всегда не хватало мужчин, и я вынужден был постоянно участвовать во всех серьёзных пересадках и лечениях животных. Наш пациент вскоре поправился, и его продали в Харьковский зоопарк.

О. П. Смирнов

1074

Поделиться в соцсетях:

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru





Разместить объявление

При полном или частичном копировании материалов прямая и активная ссылка на www.zooprice.ru обязательна.

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru